?

Log in

No account? Create an account
veniamin1
Зоя Александровна Блюмина — ещё один одесский талант в Москве. 
1st-Nov-2016 07:00 am
Зоя Александровна Блюмина — ещё один одесский талант в Москве.

В ФИФЕ последних дней — единственный читабельный материал это публикации очерков (а скорее зарисовок) YOU. ФРИДМАН
об её учителях в 57-ой школе.
Мне стало страшно завидно и я понял, что немедленно должен сделать то же самое, если хочу прославиться. Поэтому я тоже помещаю зарисовку (очерк) YOU.ФРИДМАН об
ещё одном одесском таланте в Москве, об учителе 57-ой школы, З.А. Блюминой. АГА! Мы тоже не пальцем деланы!


Свежие посты Ю.А. Фридман о 57-ых учителях. Расположены хронологически по возрастающей вниз.
Самая нижняя ссылка — самая сегодняшняя.


http://lj.rossia.org/users/aculeata/1327704.html
http://lj.rossia.org/users/aculeata/1327931.html
http://lj.rossia.org/users/aculeata/1328630.html
http://lj.rossia.org/users/aculeata/1329340.html
http://lj.rossia.org/users/aculeata/1329460.html

57,Блюмина Зоя Александровна

Зоя Александровна Блюмина пришла в 57-ю школу в 1985 году.
Гуманитарных классов тогда еще не было. Мы были 10 «Б», класс математический. Для нас этот год был выпускной. Наш классный руководитель, Б.П., грозился:
– Приведу в школу Зою Александровну. Узнаете, что такое настоящий учитель литературы.
Мы сказали:
– Уже знаем Марину Михайловну.
Молодая учительница Букина М.М. ставила двойки с тройками за стандартную «птичью» речь из учебника и учила читать энциклопедистов, о которых мы понятия не имели. Б.П. ответил:
– Марина Михайловна – это еще цветочки.
(Вскоре они с Букиной поженились.)

По-видимому, в самом деле он ее и привел: когда-то они работали вместе. С первого дня знакомства она от нас была в ужасе. Мы не знали, кто такой Надсон.(З.А., кажется, не слишком любила Надсона,
ее возмущало отсутствие какого бы то ни было представления о литературном процессе: у нас в головах вместо исторической перспективы был в лучшем случае полуразрушенный пантеон.)

Мы вообще мало что знали. Теперь в 57-й школе принято думать, что гуманитарии – это такие люди, которые читают толстые книжки, а матшкольники – такие люди, которые решают много задач (говоря это,
я цитирую слово в слово одного из преподавателей).
Тогда думали иначе. Считалось, что все люди читают толстые книжки, а если школьник их не читает – значит, его учителя и родители сделали что-то не так. Можно сказать, что Зою Александровну потрясло
наше невежество. Она говорила:
– Вы же маткласс. Бывает, что вы дома берете в руки книжку?
Или:
– Почему у вас проблемы с терминологией? Почему, когда вам задают простые вопросы из сферы общей культуры, вы стоите и смотрите на меня, открыв рот? Фридман, что такое символизм?(Тогда об этом не говорилось в учебнике.)
Я встала, открыла рот и посмотрела на З.А. Потом сказала:
– Это у декадентов... когда одно слово всегда означает... означает другое... Например, Бальмонт... Брюсов...
– «Бальмонт» всегда означает «Брюсов»? – уточнила З.А.

Под дружный хохот я, покраснев, возразила:
– Нет, это обычно не слово, а сочетание слов!
Сидевшие за первой партой уверяли, что в таких случаях губы З.А. артикулировали нецензурное. Скорее всего так и было: ей случалось сказать это вслух. Еще она ломала линейки. Школьник N списал
домашнее сочинение из предисловия к какой-то книге. З.А. сказала, вертя в руках угольник, поднятый с чьей-то парты:
– Переписать слово в слово почти десять листов – титанический труд, как вам себя не жалко? N, что такое рефрен?
Он не знал, конечно.

– В твоем сочинении, N, это слово встречается на каждой странице! Повторюсь: что такое рефрен? – От угольника остались две половинки.

Вот, воспоминание не мое, из письма: школьница Ю. на уроке читала спрятанных под партой «Братьев Карамазовых». З.А., уже совсем приготовившись сделать ей замечание, вдруг смотрит на обложку,
расплывается в улыбке и произносит: «Читай-читай. Не буду говорить, чем кончилось». З.А. картавила по-вельможному, ревниво относилась к своим находкам и излюбленным темам, была злопамятна, горда и великодушна.

Хитрые школьники из младших классов догадались, как, ничего не делая, жить у нее в отличниках: нужно вставить в сочинение ее собственную мысль из тех, что ей дороги, – она не заметит прямого плагиата и очень
обрадуется единомышленнику (или же,если плагиат очевиден, вообразит, будто школьники хорошо усвоили материал). Диссертация ее, защищенная давно когда-то, была о второстепенных поэтах XIX века, но об этом мы
не много услышали: курс десятого класса был посвящен советской литературе.

Это значило: Горький, Маяковский, Есенин, Шолохов, Фадеев, Константин Симонов. Но и Блок тоже, потому что он сочинил революционную поэму «Двенадцать», а вот Брюсова не было почему-то в
официальном курсе. З.А. и советскими поэтами старалась интересоваться, выискивала хорошие стихи у Александра Межирова (они и правда есть, только мало); Маяковского не любила, но с какой-то филологической
вежливостью рассказывала о нем так, что поклонники его полюбили его еще больше.

Меня она не жаловала вначале, говорила: «Энтов и Фридман – это салон!» – что в данном случае следует читать как грубое ругательство, мы выпендривались. Позже как-то полюбила (и меня, и одноклассника Энтова) и даже
вполне незаслуженно спасла меня на экзамене.
(Беспристрастность не была в числе ее добродетелей, отчего были и пострадавшие, правда не слишком сильно.) Это было так. Я писала сочинения быстро и вышла из аудитории раньше. Оказалось, что коридор полон родителей
(но не моих).
Совершенно непонятно, что они тут делали,– видимо, стояли и волновались. Вышел кто-то еще, мы стали что-то писать по слову (такая игра: каждый из участников пишет слово по очереди, получаются пьеса(обычно трагедия),
басня или мадригал, ужасающего качества).
Внезапно дверь распахнулась так, как будто привратник вот-вот стукнет алебардой и начнет выкрикивать титулы.

Вышла Зоя Александровна, огромная, в ярости. Она направилась ко мне большими шагами, взяла меня за воротник и хотела душить. Она сказала: «Я тебя сейчас убью».
Я спросила: «Что-нибудь случилось?». З.А. заскрежетала зубами, кажется. Родители нас окружили, наверное, надеялись задать ей вопросы о том, как идет экзамен, но боялись. З.А. приподняла меня за шиворот над полом и спросила:
«Кто отправил Пушкина в ссылку?».
Тут у меня потемнело в глазах, и я ясно увидела страничку беловика, где почему-то значилось: «Александр III Романов отправил Пушкина...» – «Кто? Какой государь?» – не отпускала меня З.А., требуя ответа.
Я с трудом пропищала: «Николай II!». З.А. уронила меня на пол, всплеснула руками и отчаянно выругалась. Одноклассники хохотали, а родители – нет.(В черновике стоял нужный Александр; может быть, это позволяло не
снижать оценку, но риск некоторый был. У нас было два медалиста, а в таких случаях журналы и экзаменационные материалы проверяет особая комиссия.)

Человека очень трудно научить тому, чего он не знает. Это способность магическая, если это вообще возможно, и уж точно она не всегда работает. Казалось бы, любой учитель чему-то учит, но на самом деле случаи, когда
человек в своей жизни узнал от кого-то другого что-то по-настоящему новое, можно пересчитать по пальцам.
Эти случаи и вспоминаются как открытия: тебе дали возможность увидеть новый географический объект, реку или море, раньше его не было на твоей карте, а теперь есть. Дальнейшее счастливое исследование этого объекта уже
происходит само собой. Вот так было у меня с литературоведением и случилось как раз в школе в последний год.

Сейчас очень многие люди вспоминают уроки З.А.; оказывается, что она помогла выбрать свой путь государственным чиновникам, журналистам, которых приглашают в администрацию президента, – вне всякого
сомнения, это они пишут искренне.
Другое дело, что мне, например, страшно себе представить, как это прокомментировала бы сама Зоя Александровна. Тем более не уверена, что у нее нашлось бы для меня доброе слово, разве за детский журнал, – но тут хуже,
что больше некому вовремя поднять над полом за шиворот.

Зоя Александровна, не знаю, говорили ли Вам, что Вы Прекрасная Дама. Я Вас люблю.

==================================================
Юля Фридман, выпуск 1986 г.
ССЫЛКА на оригинал этой статьи Фридман 2008-го года:
http://rus.1september.ru/article.php?ID=200800801

======================================

ВИКТОРИНА с призами и подарками от администрации ТИФАРЕТНИКА.
-------------------------------
Как вы думаете, с чего бы это дама Ю. Фридман, верная жена Вербицкая, взялась за этот, расцвеченный умилительными, псевдоостроумными деталями труд, всего лишь через 30 (тридцать) лет после окончания любимой школы?
==========================================================
Некоторые, — близкие к кремлёвским кулуарам и властным коридорам —, источники считают, что она пытается перекрыть этими кокетливыми текстами бешено антисемитские и умышленно подлые посты её мужа,
Мишки Торрелли-Вербицкого, об учителях 57-ой школы. АГА. Вот эти посты:

ССЫЛКИ на провокаторские посты Кремлёвского сексота Вербицкого, атакующие либералов и евреев в связи с 57-ой школой, с 1-го по 28-ое сентября 2016-го года.
Датировка возрастает сверху вниз. Самая нижняя ссылка — самая свежая.


о педофилии среди жидов
про изнасилования в 57-ой школе!
По поводу разгула педофилов в 57 школе: ссылочки
по поводу ебли с учителями
имеет неплатонический роман со старшеклассником
гладил ее по обнаженным ягодицам!
брюнет цветущих лет с незапертой калиткой
официально объявлен развратником и педофилом
Светлая личность - мартовский кот
УБЕЙТЕ ПАРХАТОГО! Московский пенсионер подозревается в экстремизме
гетто, гетто, гетто, убейте их всех
Школа 57 Москва скандал новые подробности: беременные от учеников учителя, развращение малолетних, процветание гомосексуализма
Локомотив разврата
-----------------------------------------------------
Блюмина Зоя Александровна (1924-2008)

Как вы уже прочли, в конце статьи, Фридман кокетливо и фальшиво сомневается в том, что Блюмина сказала бы ей сегодня ДОБРОЕ СЛОВО. Кокетство при вертлявой жопе не помогает, дамочка.
Фридманы-Вербицкие — открытые поклонники и сторонники Гитлера. Неоднократно писали с одобрением об Освенцимах и Треблинках. Не надо тупо пиздеть господа-товарищи.
Если, вдруг, вы не представляли себе, что бывают еврейские нацисты-антисемиты, то они перед вами.
В этом году, именно на день Холокоста, когда его отмечает Израиль, гнусь на двух ногах, Юлия Фридман, поместила стихи прославляющие Гитлера. Её муж, математик Вербицкий (аноном, а? Владелец и админ пишет аноном!) и его
бывшие множественные шестёрки (счас они уже бьют Вербицкого!) не однажды обещали мне и моей семье газовки и печки крематория. Во втором дневнике Вербицкого на Тифаретнике аватаром часто бывает портрет Гитлера.

Поэтому нет ничего удивительного в том, что рассказывая о якобы любимой учительнице, Фридман не сказала, что Блюмина Зоя Александровна — еврейка. И совершенно понятно почему нацистская сволочь
не сказала, что Блюмина — еврейка из Одессы. И по этой же причине потаскуха Фридман (её, распубликованная в Инете самими супругами Вербицкими, теория твёрдо говорит, что жена может трахаться не только
налево, но и направо, — столько сколько ей хочется) не сказала, что Блюмина окончила одесскую школу 21-го (двадцать первого) июня 1941-го года. И она, одобряющая вместе с её мужем Холокост,
конечно же умышленно не сказала вам, что все родственники Блюминой, которые остались в Одессе были убиты в ХОЛОКОСТЕ румынами, германцами и нацистами-славянами типа harllatham, который гордится тем,
что 2 мая 2014-го года сжёг в Одессе живых людей и хочет это повторить. В октябре 1941-го года, после взрыва комендатуры, почти тридцать тысяч одесских евреев загнали в огромные склады вместе с детками и почти всех
сожгли. Некоторых постреляли.

Всё что я сейчас рассказал о Блюминой объясняет становление её характера, воли и формирование её таланта. Конечно же нацистской антисемитке Фридман этого не надо.
Фридман сегодня помещает новые посты про учителей 57-ой, чтобы хоть как-то приглушить то, как подмахивал Кремлю бешеными антисемитскими и антилиберальными постами её муж, Вербицкий Мишка.

В конце скажу насчёт "ДОБРОГО СЛОВА", о котором говорит кокетливая шлюха Фридман. Как вы видите из статьи Фридман, Блюмина владела русским языком в полном объёме по всей вертикали и горизонтали не хуже меня.
И она бы сказала сегодня о суке Фридман тем же словарём старого доброго русского слова, которым говорю о трипперных нацистах Вербицких и я. ТОЧКА.
Понадобился одесский еврей Марк Лисянский, чтобы написать "ДОРОГАЯ МОЯ СТОЛИЦА, ЗОЛОТАЯ МОЯ МОСКВА!"


Вениамин
This page was loaded Dec 9th 2018, 7:02 pm GMT.